Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Facebook Twitter Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

07.02.2008 | Валерий Выжутович

Усталые, но довольные

Предвыборный замер общественных настроений не преподнес сюрпризов: российские граждане своей жизнью в целом довольны. Большинство из них (55 процентов) считают, что «страна развивается в правильном направлении, наводится должный порядок, демократическим завоеваниям ничего не грозит». Ровно столько же респондентов полагают, что «страна нуждается в стабильности, реформах эволюционного характера». Число сторонников «быстрых, кардинальных реформ в экономической и политической сферах» сократилось с 39 до 29 процентов. Таковы результаты опроса, проведенного в последней декаде января экспертами ВЦИОМ. Схожие настроения зафиксировали и социологи Левада-центра. По их данным, население, в частности, приветствует централизацию власти. Построение «вертикали» положительно оценивают 42 процента опрошенных - на 4 процента больше, чем два года назад.

Социологи, правда, делают оговорку: в канун выборов люди склонны несколько преувеличивать достижения власти и степень собственного благополучия. Мол, получив предвыборную порцию государственного внимания к своим проблемам и обещания новых социальных благ, народ проникается ощущением, что жизнь налаживается, но потом уровень оптимизма опускается до повседневной «нормы». Наверное, это так. Да ведь и «норма» - с былой не сравнить. По данным Центра изучения социокультурных изменений Института философии РАН, в середине 90-х годов пессимистов было в три раза больше, чем ныне. Теперь же более половины российских граждан уверены, что переживают лучшие времена. И хотя 33 процента опрошенных источником благополучия называют высокие мировые цены на нефть, общая удовлетворенность жизнью этим вовсе не омрачается. Да и с чего бы? Доходы населения выросли. Объем среднего класса за последнее десятилетие увеличился с 9,4 процента до 22.

Все это правда. Смущает только относительность нынешнего благополучия, его привязка к первым послесоветским годам. Да, в сравнении с началом 90-х новейшие времена выглядят праздником жизни. Но что такое, к примеру, российский средний класс? К нему у нас причисляют тех, чья зарплата выше средней. Средняя зарплата сейчас - 11 с половиной тысяч рублей. Значит, человек, зарабатывающий 12 тысяч в месяц, - представитель среднего класса? Смешно. Я имею в виду даже не количественные характеристики - достойный размер заработка, приличный метраж жилья, наличие одного-двух автомобилей на семью и т.п. Я говорю о главном: представители среднего класса - это люди, самостоятельно решающие свои бытовые и социальные проблемы и тем самым снимающие нагрузку с государства. Много сегодня в России таких людей? Да не очень. Меньше общеевропейского стандарта величиной в две трети населения.

Что правда, то правда: доходы растут. Но растет и пропасть между доходами. Разрыв между 10 процентами самых бедных и 10 процентами самых обеспеченных - пятнадцатикратный. Для нормального общественного самочувствия столь высокий разрыв представляет угрозу. Он ведет к накоплениею социального динамита. Хотя природа возникновения полюсов бедности и богатства в современной России имеет экономическое объяснение: мы поднялись со дна. В стране появляются деньги, каких прежде не было, возникают новые материальные возможности. Но - не для всех. Вероятно, поэтому слышны предложения установить контроль за расходами, начиная с 600 тысяч рублей. Но такой контроль не заденет богатых и самых богатых. Он ударит именно по среднему классу.

Впрочем, и цифры, которыми мы оперируем, рассуждая об уровне социального расслоения, достаточно условны. Мы в точности не знаем, сколько у нас бедных. Ведь даже по официальным оценкам Росстата, примерно 25 процентов валового внутреннего продукта производится теневой экономикой. А данные международных экспертов и того серьезней. Например, Мировой банк считает, что в тени у нас находится не менее 40-45 процентов экономики. Это касается и доходов населения. Солидная часть зарплаты по-прежнему выдается в конвертах. Кто-то, читая социологические отчеты, впадает в недоумение: почему при официальном среднем заработке в 11 с половиной тысяч рублей трудовое население вполне довольно жизнью и не ропщет на власть? А вот потому! О подлинном экономическом состоянии российских граждан лучше всех (как минимум лучше налоговых органов) осведомлены владельцы автосалонов, страховых компаний, банков, агентств по продаже недвижимости. Так что оптимизм, пробудившийся в обществе и зафиксированный социологами, питается не духом святым. Сам он тоже отнюдь не бесплотен. Этот оптимизм конвертируется в предметы потребления, становится движущей силой на рынке товаров и услуг. А в политике он трансформируется в голосование. Почему в предсказуемое? Да в значительной степени все потому же. Административный ресурс, конечно, способен творить чудеса, но его магия небеспредельна.

Отсутствие массовых протестных настроений проще всего объяснить отсутствием всяких дефолтов, политической стабильностью, повышением уровня жизни и т.п. Но дело не только в этом. Вот, скажем, Францию весь ноябрь трясло. Работники транспорта, парализовав движение в Париже, протестовали против сокращения им трудовых привилегий. Студенты маршировали, отвергая реформы, позволяющие брать плату за обучение. От глобальных сравнений воздержимся. Уровень жизни, степень социальной защищенности, гарантии общественной безопасности - тут российские граждане на французов и не оглядываются: у них свои стандарты, у нас - свои, ничего не поделаешь. Но конкретный повод для проявлений широкого недовольства имеется и у нас: постоянно растущие тарифы ЖКХ. В своих предвыборных выступлениях кандидат в президенты Геннадий Зюганов неустанно твердит: плату за жилье необходимо ограничить 10 процентами суммарного дохода семьи. «Даже когда правил Мамай, он забирал одну десятую часть - десятину. А сейчас, по сути дела, забирают девять десятых». Лидер КПРФ призывает малоимущих самостийно «отрегулировать» тарифы: мол, если ваш доход ниже прожиточного минимума, платите от этой суммы за квартиру и «коммуналку» 10 процентов и ни копейки сверх. Казалось бы, удорожание коммунальных услуг задевает всех. Но нет, российские граждане в многотысячные шеренги не выстраиваются, поход против власти не трубят. Ну не генерируется политическая активность в аполитичном (судя по настроениям большинства) обществе. Малочисленность участников «маршей несогласных» - тому подверждение.

Дело еще в том, что способностью к протестной самоорганизации, испокон свойственной французскому обществу, наше не обладает. Право на митинги, забастовки, прочие изъявления гражданского недовольства, оно для французов - реальный инструмент общественного давления на власть, государство. А для российского большинства это, скорее, гарантированная Конституцией возможность, воспользоваться которой, однако, охотников мало. Много их не было и в иные времена. Как никогда не было в массовом сознании и четко запечатленных целей протеста. Хрестоматийный русский бунт, он в первую очередь «бессмысленный», а уж потом «беспощадный». Это к вопросу о нашей и французской исторической традиции.

Если же о сегодняшних реалиях, то в отличие от Франции, где организаторами забастовки транспортников выступили профсоюзы, в России некому выводить народ на улицы. Радикальное политическое меньшинство не обладает организующей силой. Хотя бы потому, что само дезорганизовано, пребывает в разброде и распрях. К тому же антиправительственные речи и воззвания, боевая непримиримость к власти перестали пользоваться широким спросом. Россия - не Франция. Недовольство жизнью у нас не означает готовность протестовать. Во всяком случае 42 процента граждан уверены, что с помощью акций протеста ни одной из проблем не решить. Да и какое недовольство? Наоборот. Опросы не обманывают: народ в большинстве своем жизнью доволен. Правда, социологи предупреждают: в преддверии нового политического цикла в обществе могут сформироваться завышенные ожидания. Лучше бы их не было, говорят они. Чтоб ненароком не подверглась испытанию составная часть нынешней общей стабильности - стабильность позитивных общественных настроений.

Валерий Выжутович - ведущий программы "Газетный дождь" канала ТВЦ, политический обозреватель "Российской газеты"

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

В последнее время политическая обстановка в Перу отличатся фантастичной нестабильностью. На минувшей неделе однопалатный парламент - Конгресс республики, насчитывающий 130 депутатов, подавляющим большинством голосов отстранил от должности в виду моральной неспособности выполнять обязанности президента Мартина Вискарру.

18 октября 2020 года в Боливии прошли всеобщие выборы. Предстояло избрать президента, вице-президента, двухпалатную законодательную Ассамблею. Сенсации не произошло. По подсчетам 90 процентов голосов победу одержал Луис Арсе, заручившийся поддержкой 54, 51 % граждан, вышел вперед в 6 департаментах из 9, в том числе в 3 набрал свыше 60 %. За ним следовал центрист Карлос Месса, имевший 29, 21 % голосов.

Каудильизм – феномен, получивший распространение в латиноамериканском регионе в период завоевания независимости в первой четверти XIX века. Каудильо – вождь, сильная, харизматичная личность, пользовавшаяся не­ограниченной властью в вооруженном отряде, в партии, в том или ином ре­гионе, государстве. Постепенно это явление приобрело специфику, характеризующуюся персонализацией политической системы. Отличительная черта каудильизма - нахождение у руля правления в течение длительного времени одного и того же деятеля, который под всевозможными предлогами ищет и находит способы продления своих полномочий. Типичным каудильо был венесуэлец Хуан Висенте Гомес, правивший 27 лет, с 1908 по 1935 годы. В нынешнем столетии по стопам соотечественника пошел Уго Чавес. Помешала тяжелая болезнь.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Facebook Twitter
Разработка сайта: http://standarta.net