Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения (признана Минюстом организацией, выполняющей функции иностранного агента) с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Главное

15.11.2015 | Татьяна Становая

Страх и решимость: как теракты 13 ноября изменили Францию

Теракты в Париже, где я живу последние годы, потрясли Францию и весь цивилизованный мир. Президент Франсуа Олланд выступил в ночь на 14 ноября, предложив сразу жесткие меры: чрезвычайное положение и контроль на границах (неверно говорить о закрытии границ, так как передвижение из и в страну сохраняется). Он говорил эмоционально, было видно, что ему трудно, а его речь – не политтехнологический продукт, а искреннее сопереживание стране, французам, семьям погибших и раненых. Так говорят и те французы, которые еще вчера вечером, до трагических событий, проклинали Олланда как самого слабого и позорного президента за всю историю Франции.

Мы привыкли, что теракт – это разовая атака, которая имеет начало и конец. Теракты обычно понятны. Взрывы самолетов, атаки в метро, захваты заложников, подрывы смертников. Их цели прозрачны. Подобные акты готовятся долго, а раскрыть, кто, как и когда был вовлечен в их подготовку, обычно не составляет труда для спецслужб. Террористы – это штучный товар, который очень дорог и ограничен.

Но в этот раз все выглядит иначе. Да, понятны цели: запугать народ, чьи правители воюют против Исламского государства, резко поднять цену сирийской политики, заставить французов заплатить за Сирию своей кровью. ИГИЛ предупредил, что под угрозой не только Франция, но и все, кто думает, как Франция, имея в виду сирийскую политику. В отличие от россиян, которые выступают против наземной операции в Сирии, абсолютное большинство французов – за. Причем ситуация поменялась совсем недавно, на фоне миграционного кризиса, до наступления которого французы тоже были против. Наплыв беженцев резко увеличил число тех, кто осуждает бездействие и близорукость французских властей: от них теперь требуют решительных действий. Далеко не последнюю роль сыграло тут вступление в войну России, на фоне активных действий которой западная коалиция, особенно французское участие в ней, выглядела весьма блекло.

ИГИЛ говорит о восьми «братьях», нанесших свои удары в тщательно отобранных местах: около крупнейшей спортивной арены (три взрыва смертника) Stade de France, в концертном зале Bataclan, в кафе. «Вы будете бояться ходить на рынок», – говорится в заявлении ИГИЛа. Полиция сообщает, что восемь террористов, действовавших двумя группами, уничтожены, но свидетели говорят о двух скрывшихся на машине. Нет пока ясности, идет ли речь о цепочке атак (одна за другой одной и той же группой лиц) или об одновременных полицентричных атаках, ведь создается впечатление пяти-шести одновременных актов, обволакивающих ужасом жителей со всех сторон. Это было хладнокровное уничтожение как можно большего числа людей. Чем больше, тем лучше — без разговоров, без попыток вступить в диалог.

Это «серийный терроризм», создающий ощущение не столько жестко организованной акции, сколько сетевой атаки. Это, возможно, ложное впечатление – часть самой атаки. Ведь трудно отделаться от ощущения, что, придя в кафе на террасу, зайдя в метро или идя в кино, рядом с тобой не окажется террорист, желающий смерти тебе просто потому, что ты причастен к Франции, будь ты турист, парижанин или мигрант, христианин или мусульманин.

Теракты не только погубили десятки людей, они родили страх, что террор стал частью твоей ежндневной реальности. И это теперь надолго. Уничтожение террориста после классической атаки создает впечатление, что дважды бомба в одну воронку не падает. Но в атаках того типа, что мы сейчас видели, этот принцип не работает. Это начало террористической войны теми, кто имеет мощную, интегрированную, хорошо организованную сеть внутри Европы и в частности Франции. Чувство беззащитности, краха привычной картины мира – это то, что было после терактов 9/11 в Америке и теперь после кровавой пятницы 13 ноября в Европе.

Государственный левиафан, который, по Томасу Гоббсу, призван защищать фундаментальное право на жизнь и безопасность, тяжело ранен. Но в отличие от США 2001 года в нынешней войне враг слишком близок, а границы слишком прозрачны. Можно ли вести войну в Сирии, открывая двери для сирийских беженцев? Готова ли Франция, Европа и Запад в целом смоделировать суперфильтр, отделяющий мирных беженцев от спящих террористов? Это вопрос не только про сирийскую кампанию. Это про дееспособность национальных европейских государств.

Кровавая ночь в Париже дезорганизует действия самых цивилизовнных государств, проведенные на высочашем уровне. Приедут ли теперь 127 мировых лидеров 30 ноября в Париж на конференцию по климату? Грандиозное событие, триумфальное председательство Франции, глобальные климатические проблемы. Отменит ли Исламское государство саммит? Решения пока нет, и принять его будет непросто. Проводить конференцию, ставя жизни лидеров государств под угрозу, или выбрать некрасивый отказ? Отменить конференцию – значит дать ИГИЛу возможность вкусить еще один плод их атаки, посттеррористический бонус.

Весь этот комплекс страхов соседствует с мощнейшей волной национальной солидарности. Можно не сомневаться, что, как и атака на «Шарли эбдо», нынешний теракт сплотит Францию. Нападение на редакцию научило нас, что удар по нации ведет к росту поддержки традиционных политических сил, а не национал-патриотов. Социалисты могут рассчитывать на консолидацию общества вокруг государства, в то время как поддержка Марин Лепен скорее разделяет общество, чем сплачивает. Солидаризация страны, когда французы поют Марсельезу, таксисты выключают счетчики, а парижане открывают двери для тех, кому нужен приют, вдохновляет и объединяет. Но это в краткосрочной перспективе. Потом начнутся испытания стратегическим выбором, сделать который предложит Национальный фронт Марин Лепен. И этот выбор не будет простым.

Можно не сомневаться, что с Францией и французами солидаризируются союзники, включая Россию. Но Россия, по себе хорошо знающая проблему терроризма, испытывает противоречивые чувства: как трудно удержаться от соблазна попенять: мол, мы же знали! «Франция платит по своим счетам», «ждем карикатуры "Шарли"», «сами виноваты», это результат толерантности и мультикультурализма. Такой поток не сочувствия, а злорадства, желания пнуть раненого, чтобы лучше прислушивался в следующий раз, пока преобладает в прокремлевской публицистике.

Официально же Путин протянет руку Олланду, как и в 2001 году Джорджу Бушу. Он не будет попрекать, в его взгляде и голосе французский лидер вряд ли услышит даже намек на злорадство. Путин умеет. И он ждал. Россия ведь предупреждала: они уже у вас дома, терроризм неизбежен, будьте осторожны, прекратите политику двойных стандартов в отношении «умеренных террористов». Сейчас же Путин позволит себе промолчать: боль сделает работу лучше него.

Безусловно, это шанс для Путина. Если в 2001 году инициатива была у США, а Путин лишь подставил плечо, то сейчас инициатива в борьбе с ИГИЛом в руках Путина – он единственный, кто предлагает понятный долгосрочный план действий по выходу из сирийского кризиса. И его народ – тоже жертва террора. Ведь признать крах самолета А-321 терактом теперь станет проще. Это уже не путинская война, а цивилизационная против варварства, и жертвы такой войны не позорны, а священны.

Кровавая пятница в Париже – это стратегический провал ИГИЛа. Консолидация сил антитеррористической коалиции, наращивание политической воли к поиску компромисса по мирному политическому процессу в Сирии, интенсификация военных атак на позиции ИГИЛа – это то, что получат террористы. Но это следствие, а причина – ИГИЛ теснят сирийские правительственные войска, их склады оружия бомбит российская авиация и авиация коалиции, от высокоточных ударов гибнут их лидеры и палачи. Дела ИГИЛа идут худо, и именно поэтому терроризм – последний аргумент, за исчерпанием которого – только смерть. Пришло время антитеррористическим силам переосмыслить общие угрозы, пока эти угрозы не принудят к консолидации цивилизации против варварства.

Татьяна Становая – политолог, руководитель аналитического департамента Центра политических технологий, Париж

Московский центр Карнеги

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Rss лента
Разработка сайта: http://standarta.net