Информационный сайт
политических комментариев
вКонтакте Rss лента
Ближний Восток Украина Франция Россия США Кавказ
Комментарии Аналитика Экспертиза Интервью Бизнес Выборы Колонка экономиста Видео ЦПТ в других СМИ Новости ЦПТ

Выборы

Пандемия коронавируса приостановила избирательную кампанию в Демократической партии США. Уже не состоялись два раунда мартовских праймериз (в Огайо и Джорджии), еще девять штатов перенесли их с апреля-мая на июнь. Тем не менее, фаворит в Демократическом лагере определился достаточно уверенно: Джо Байден после трех мартовских супервторников имеет 1210 мандатов делегатов партийного съезда, который соберется в июле (если коронавирус не помешает) в Милуоки, чтобы назвать имя своего кандидата в президенты США. У Берни Сандерса на 309 мандатов меньше, и, если не произойдет чего-то чрезвычайного, не сможет догнать Байдена.

Бизнес

21 мая РБК получил иск от компании «Роснефть» с требованием взыскать 43 млрд руб. в качестве репутационного вреда. Поводом стал заголовок статьи о том, что ЧОП «РН-Охрана-Рязань», принадлежащий госкомпании «Росзарубежнефть», получил долю в Национальном нефтяном консорциуме (ННК), которому принадлежат активы в Венесуэле. «Роснефть» утверждает, что издание спровоцировало «волну дезинформации» в СМИ, которая нанесла ей существенный материальный ущерб.

Интервью

Текстовая расшифровка беседы Школы гражданского просвещения (признана Минюстом организацией, выполняющей функции иностранного агента) с президентом Центра политических технологий Борисом Макаренко на тему «Мы выбираем, нас выбирают - как это часто не совпадает».

Колонка экономиста

Видео

Взгляд

19.01.2015 | Татьяна Становая

Теракт в Париже: разные реакции

7 января в Париже братья Куаши расстреляли редакцию известного сатирического журнала Charlie Hebdo, в результате чего погибло 12 человек. 11 января во всех крупных городах страны прошли акции в поддержку свободы слова, а движение Je suis Charlie стало по-настоящему массовым. В России отношение к трагедии оказалось крайне противоречивым. С одной стороны, МИД заступился за ценности свободы слова и самовыражения, но с другой стороны, Роскомнадзор обратился к СМИ с рекомендаций не публиковать карикатуры на религиозные темы.

О преступниках полиции изначально было хорошо известно. Братья Куша родились в семье алжирского происхождения, но быстро остались без родителей и воспитывались в интернате. Старший из братьев, 34-летний Саид Куаши, жил в Йемене и в течение нескольких месяцев проходил боевую подготовку в лагере «Аль-Каиды на Аравийском полуострове», передавал Reuters. Младшего брата Шерифа Куаши десять лет назад задержали и судили как организатора группировки джихадистов. Тогда же министр внутренних дел Франции предупреждал, что такие фанатики, как Куаши, рано или поздно займутся терроризмом. В 2005 году его арестовали, когда власти расследовали дело ячейки «сети Бют-Шомон», группировки, названной в честь парка в 19 округе Парижа, где собирались исламисты, чтобы потом отправиться в Ирак воевать против солдат западной коалиции. Второй раз Шерифа Куаши арестовали в 2010 году по подозрению в причастности к организации побега «Омара Алави» — одного из вдохновителей взрывов и терактов в 1995 году. Источники Reuters указывали, что об опасности братьев Куаши США предупреждали французские спецслужбы. Однако в середине прошлого года наблюдение за ними было прекращено: органы сочли, что братья больше не представляют террористической угрозы.

Проблема публикации религиозных карикатур в европейских изданиях, и прежде всего, карикатур на пророка Мухаммеда, стала острой с начала войны в Ираке. В 2005 датское издание опубликовало карикатуры, что спровоцировало громкие акции протеста со стороны мусульманской общины, а на самих журналистов неоднократно покушались. Французское издание Cherlie Hebdo было очень скандальным. Его предшественник, Hara Kiri Hebdo, был закрыт властями Франции за шутку по поводу смерти Шарля де Голля, экс-президента Франции. В 2008 году один их художников был уволен за антисемитизм и весьма непристойную шутку про сына Николя Саркози. Среди самих французов отношение к сатире издания было очень противоречивое. В 2012 году IFOP провел опрос, по которому 51% высказывался против всякой цензуры и за важность отставания принципа свободы слова. Однако 47% посчитали карикатуры провокационными, усиливающими напряженность в обществе.

Несмотря на это, теракт в Париже не только не усугубил раскол, но и, напротив, сплотил французское общество. Стихийная мобилизация в первый день трагедии собрала в центре Парижа 30 тыс. человек. Акции прошли во всех крупных городах страны, а самым массовым стал республиканский марш, организованный 11 января. Причем парадоксально, что убийство журналистов вылилось не в антиисламские протесты или требования резкого ужесточения законодательства, а объединение вокруг единых ценностей, символом которых стала свобода самовыражения. На сглаживание межрелигиозной и межэтнической напряженности сыграли и такие факты как убийство во время теракта 7 января полицейского мусульманина, а также подвиг 24-летнего мусульманина, выходца из Мали, Лассана Батхили, укрывшего людей в холодильной камере во время захвата супермаркета исламистом Амеди Кулибали. Сам он вскоре получил французское гражданство – петиция об этом была подписана более 300 тыс. французами. Важно почеркнуть и тот факт, что на самом марше была представлена мусульманская община, виднелись и многочисленные надписи: «Я – Шарли» на арабском языке, что делало консолидацию действительно общенациональной.

Комплексность ситуации и способность французского общества консолидироваться вокруг ценностей, а не протеста, не позволили в полной мере набрать политические очки, в, казалось бы, сопутствующей для этого политической ситуации, радикальной правой партии Front National. Ее лидер Марин Ле Пен не была приглашена на республиканский марш, а сама она сначала призвала своих сторонников воздержаться от участия в мероприятии (объясняя это мерами безопасности), но затем все же приняла участие в марше, но в городке Бокэр на юге Франции, мэр которого представляет ее партию.

В итоге сложилась парадоксальная ситуация, при которой политическая сила, получающая фору для подхвата потенциального протеста, нарастающего в обществе (и Марин Ле Пен пыталась поднять вопросы проведения референдума о смертной казни, приостановки членства в Шенгене, запрета двойного гражданства), в итоге упускает инициативу в пользу традиционных политических сил.

Как заявил президент Франции Франсуа Олланд, 11 января Париж стал столицей мира. На республиканский марш съехались более 40 представителей иностранных государств, включая премьер-министра Британии Дэвида Кэмерона, канцлера Германии Ангелу Меркель, премьер-министра Израиля Беньямина Нетаньяху, премьер-министра Польши Дональда Туска, премьер-министра Италии Маттео Ренци и других лидеров.

Однако Россия в этот консенсус гармонично вписаться было непросто. Многие отметили и место, которое в марше было отведено представляющему Россию министру иностранных дел Сергею Лаврову: он оказался далеко не в первых рядах республиканского марша. Даже на официальном уровне при выражении соболезнований не обошлось без оговорок. Так, уполномоченный МИДа по правам человека Константин Долгов в своем Твиттере упрекнул Запад в «двойных стандартах» в защите свободы слова.Поддержку Франции со стороны России можно сравнить с аналогичной ситуацией 2001 года, когда Владимир Путин выразил однозначную поддержку США после теракта 11 сентября. Однако существует принципиальные различия. В 2001 году Россия не находилась в системном конфликте с Западом, была членом G8 и, кроме того, могла предложить Западу конкретные ресурсы для проведения афганской операции (взаимодействие с антиталибским «Северным альянсом», неформальное разрешение на американское военное присутствие в странах Центральной Азии, транзит грузов через российскую территорию в Афганистан). Сейчас же имеет место системный конфликт, помноженный на введение санкций и жесткую антизападную риторику в официальных российских СМИ. Предложить же в качестве ресурса для борьбы с «Исламским государством» Россия может лишь сотрудничество с сирийским режимом Башара Асада, который на Западе считается нелегитимным.

Внутри России развернулась острая дискуссия на тему, с кем мы: с террористами или жертвами? Карикатуры Charlie Hebdo подверглись острой критике. Известный борец с экстремизмом и содомитами, депутат Заксобрания Виталий Милонов попросил Роскомнадзор внести французский сатирический еженедельник Charlie Hebdo в список экстремистской литературы. Активисты движения «Божья воля» во главе с Дмитрием Энтео (Цорионовым) провели у посольства Франции в Москве пикет в поддержку террористов, при этом будучи полностью проигнорированными правоохранительными органами. Роскомнадзор, в свою очередь, предупреждал российские СМИ о недопустимости публикации карикатур на религиозных деятелей. Причем мотивация ведомства была построена как на морально-этических нормах, так и на ссылках на российское законодательство. Публикация карикатур, способных задеть чувства верующих, противоречит «этическим и морально-нравственным нормам, выработанным за века совместного проживания на одной территории представителей разных народов и религиозных конфессий, заявило ведомство. Оно пригрозило, что «размещение интернет-СМИ гиперссылок на материалы иных СМИ (в т. ч. иностранных), авторских материалов, оправдывающих данные события, карикатур на религиозных деятелей будет рассматриваться Роскомнадзором как нарушение Федерального закона «О противодействии экстремистской деятельности» с «вынесением соответствующего предупреждения». В предыдущие годы власти также не допускали публикации карикатур на религиозные темы, а самым резонансом стало закрытие в 2006 году волгоградской газеты «Городские вести», которая вскоре снова открылась, будучи уже учрежденной городскими властями.

Теракт в Париже обостряет в России проблему понимания соотношения между свободой слова и уважением к чувствам верующих: последнее становится политическим приоритетом. Должно ли это быть проблемой морально-этического или законодательного регулирования? Вопрос риторический, учитывая, что в практической плоскости преследование разжигания межрелигиозной и межнациональной ненависти уже является действующей и применяемой нормой уголовного кодекса. В Европе соответствующие нормы законодательства касаются преимущественно преследования антисемитизма. Во Франции по закону о разжигании розни и клевете на группу лиц был осужден редактор газеты за публикацию злобной антисемитской статьи, которую он, по его утверждению, опубликовал, не прочитав, что свидетельствует об отсутствии требования наличия умысла. В 1990 г. в Уголовный кодекс Франции было внесено дополнение о том, что отрицание или даже постановка под сомнение факта геноцида евреев нацистами является преступлением независимо от умысла виновного.

Если во Франции теракт стал поводом для консолидации нации, то в России, напротив – к поляризации. Так огромный резонанс вызвала публикация карикатур Михаилом Ходорковский, который призвал сделать то же самое все «достойные издания». Президент Чечни Рамзан Кадыров после этого назвал Ходорковского своим личным врагом и анонсировал проведение миллионного митинга в Чечне против «безнравственных поступков авторов французского журнала». 17 января в Ингушетии прошел митинг «Ислам против терроризма», в котором приняли участие более 20 тысяч человек. Они призвали соотечественников и мусульман во всем мире не позволять втягивать себя в террористическую деятельность под видом защиты религии и не поддаваться политике Запада, допускающей оскорбление религиозных чувств мусульман. В Москве подана заявка на проведение 100-тысячного марша мусульман против карикатур, но столичные власти объявили, что не дадут разрешения его организаторам.

Спор о допустимости публикации карикатур также накладывались и на попытки провластных сил девальвировать значимость республиканского марша в Париже. Возможно, это объясняется тем, что столь сплочённая и стихийная реакция французского общества и власти стали примером для внесистемной оппозиции: этот опыт, например, призвал перенимать Алексей Навальный. В итоге в провластных блогах и на страничках в социальных сетях стали распространять информацию о лицемерии западных лидеров, маршировавших отдельно от народа, а также «свидетельства», что никакого теракта не было, а 7 января имела место инсценировка с участием спецслужб. Также достаточно много негатива появилось и в отношении самого издания Charlie Hebdo.

С учетом всего этого России будет непросто проявлять солидарность с Французской республикой. Франция из всех западноевропейских стран оказалась единственной крупной страной, которая высказалась за возможность смягчения санкций в отношении России (хотя и с существенными оговорками – но в данном случае важен акцент на попытке достигнуть компромисса). На этом фоне теракт мог расширить для России поле для маневра в диалоге с Парижем, но только в том случае, если бы России удалось проявить и ценностную солидарность. Однако эта задача становится все более непосильной: ценностный разрыв с западным миром растет, а внутри России «охранители» и консерваторы доминируют в информационном пространстве.

Татьяна Становая – руководитель Аналитического департамента Центра политических технологий

Версия для печати

Комментарии

Экспертиза

Внутриполитический кризис в Армении бушует уже несколько месяцев. И если первые массовые антиправительственные акции, начавшиеся, как реакция на подписание премьер-министром Николом Пашиняном совместного заявления о прекращении огня в Нагорном Карабахе, стихли в канун новогодних празднеств, то в феврале 2021 года они получили новый импульс.

6 декабря 2020 года перешагнув 80 лет, от тяжелой болезни скончался обаятельный человек, выдающийся деятель, блестящий медик онколог, практиковавший до конца жизни, Табаре Васкес.

Комментируя итоги президентских выборов 27 октября 2019 года в Аргентине, когда 60-летний юрист Альберто Фернандес, получив поддержку 49% избирателей, одолел правоцентриста Маурисио Макри, и получил возможность поселиться в Розовом доме, резиденции правительства, мы не могли определиться с профилем новой власти.

Новости ЦПТ

ЦПТ в других СМИ

Мы в социальных сетях
вКонтакте Rss лента
Разработка сайта: http://standarta.net